Страница 1 из 11
Модератор форума: Глинофф, Executor, Ена, VladNastevich 
Форум » FRPG » Ролевые форума » Breaking Point ((приквел, Максмиллиан Габсбург-Лотаринген, Элиз Анри))
Breaking Point
Элек3х написал в 22:21, 03.01.2016 #1
Субмодератор
В этот сложный момент своей жизни Элиз приходит к своему крёстному.



Локация: Замок Люцерн, Швейцария
Время: вечер, после 19:00
Дата: 19 октября 2014 года
Участники: Максимилиан Карл Томас Роберт Мария Францискус Георг фон Габсбург-Лотаринген, Элиз Анри

Добавлено (03.01.2016, 22:21)
---------------------------------------------
Элиз покрасила волосы в белый цвет, а одну прядь сделала синей.
Элиз надела рваные джинсы и свободную футболку со странным абстрактным рисунком. 
Элиз сидела в одном из из самых дорогих замков Европы, в огромном зале, освещённом люстрами и лунным светом, проходящем через огромные окна под потолком. Она была окружена десятками людей в строгих чёрных костюмах, и ощущала себя очень неуютно.
Её крестный только что закончил речь о родителях Элиз и объявил минуту молчания. Весь зал поднялся на ноги в едином порыве. Лишь Элиз задержалась и тут же прокляла себя за это. Никто и не посмотрел на неё, но она знала: все заметили. 
С момента страшной катастрофы прошло уже почти два месяца, но она никак не могла отойти от травмы. Её отношения с родителями в последнее время были далеки от идеальных – и ей казалось, что такими они и останутся в вечности. Отстранёнными. Далёкими. Неискренними. 
Крёстный позвонил ей на следующий день после гибели родителей. Выразил соболезнования на французском (Элиз и не знала, что Максимилиан знает ещё и этот язык) и сказал:
Ты должна оставаться сильной. Продолжать учиться. Я знаю, что это сложно, и ты будешь делать это на автомате - ну и пусть. Это то, чего хотели бы родители. Мы встретимся с тобой через пару месяцев и серьёзно поговорим. 
Она послушалась его. В конце концов, больше родственников и не было. Управление имением она передала доверенному лицу родителей – некому Пьеру де ля Серру. Он и так занимался многими вопросами обеспечения и финансовым вопросами, и был рад сослужить службу единственной наследнице семье Анри. Раз в неделю он заявлялся к ней с отчётом – видимо, так это было принято. Она безучастно слушала его, не вникая в его слова, и кивала. Элиз верила, что он не причинит ей зла. 
Похороны были тихими и печальными. Она долго плакала на их могиле, когда все ушли. Даже и не обратила внимание, был ли на них её крёстный. 
Такие были первые полтора месяца. А затем от Максимилиана пришло письмо, где он в учтивой манере приглашал её на ужин в Люцернский замок на следующие выходные. Похоже, возражения не принимались: к письму был приложен документ, дававший Элиз возможность воспользоваться частным самолётом Габсбурга. 
Вот тут в ней что-то щёлкнуло. Люцернский замок... Люцернский клуб. Кажется, это к этим ребятам ездили родители Элиз в ту злосчастную ночь. 
Кажется, это тёмные дела этого клуба постоянно занимали её родителей. 
Это ведь не была случайность? Это... был терракт. Ведь были... Были виновные! И ведь ведётся расследование! Её родителей взорвали!
Она будто бы пробудилась. Что, если это произошло из-за этого клуба? И тогда Макс – Макс не может быть непричём. 
Она решила, что крёстный не увидит в ней покорную дочку своих старых друзей. 
Почему-то, однако, протест принял чисто визуальную форму. Она покрасилась, выбрала одежду понеформальнее – и поехала на встречу с дядюшкой, намереваясь высказать ему всё, что думает. 
А сейчас она стояла на мраморных ступенях, ведущих к кабинету крёстного и упорно игнорировала дворецкого, который уже в третий раз приглашающим жестом указывал на дверь. 
Чёрт возьми. 
Она что, собралась обвинять Максимилиана в смерти родителей? Зачем она вообще надела эти дурацкие джинсы?

(Сообщение было отредактировано: от Элек3х - Воскресенье, 03.01.2016, 13:55)
Feel the frostbite!
Exceed all hope of coming back alive!
Executor написал в 09:53, 04.01.2016 #2
Субмодератор
Максимилиан избегал общества детей и подростков.

В сущности, о чем можно поговорить с категорией людей "младше 20"? Выдающимся умом в таком возрасте обладают отнюдь не многие. Но юноша или девушка выдающегося ума, попав в общество зрелого интеллектуала, постарается в основном слушать, задавать вопросы, а может, даже записывать что-то. Глупцы, напротив, станут болтать без умолку, пикироваться, пытаться не к месту "блеснуть" - в общем, будут зря тратить своё и чужоё время. А уж если наш зрелый интеллектуал способен понять образ мыслей собеседника или собеседницы, лишь бегло взглянув им в глаза...

Так уж сложилось, что худшего "утешителя" и вообще собеседника для продвинутой девушки 17 лет, чем Максимилиан, найти довольно сложно даже в таком густонаселенном регионе, как Европа. Его консервативные убеждения и стиль жизни, отсутствие собственных детей и сколько-нибудь продолжительного опыта тесного общения с молодежью - все эти факторы привели к тому, что сейчас глава Люцернского клуба был... Озадачен.

Да, в самой катастрофе ничего загадочного для Габсбурга не было. Отец девочки был человеком старой закалки. Таких теперь немного осталось. Рыцарская стать, верность слову, искренняя любовь к своей семье, редкая честность в делах и бескомпромиссность в решениях. Нет, Максимилиан не винил себя в его смерти; он вообще не смог бы вспомнить, когда последний раз морально терзал себя из-за других или страдал "чужой болью", и в целом это создавало ему некоторые мелкие неудобства (хотя, казалось бы, изображать скорбь и деликатное сочувствие Максимилиан научился едва ли не в детстве). Объективно Анри был виноват сам, так как с юности шел по жизни "с открытым забралом", ненавидел изворачиваться и ставил свою честь выше всего. А в итоге - выше собственной жизни. Мадам Анри была, кажется, идеальной спутницей жизни, и ушла в мир иной (мда) рука об руку со своим столь же безупречно верным и любящим мужем.

Проблема была в том, что семнадцатилетняя дочь-сирота теперь была личной головной болью Максимилиана. Он видел Элизу всего дважды; первый раз - младенцем, когда вместе с какой-то дальней родственницей девочки по материнской линии, прилетевшей из Шампани, присутствовал на ее крещении в Нотр-Дам. Второй раз - на 50-летнем юбилее ее отца, когда девочке было 14. В тот раз Габсбург лишь мельком взглянул на это юное зеленоглазое недоразумение в пелеринке и с каким-то апокалипсисом на голове - когда вручал ей немецкую музыкальную шкатулку ручной работы. Девочка, кажется, была в восхищении, а Максимилиан решил, что будет "присматривать" за ней, когда она повзрослеет. Он увидел в ней некий потенциал - однако не вполне понял, какой. Связанный с физиологическими процессами, это точно... Герцог планировал обсудить дарования девочки с ее родителями, как только они начнут хоть как-то проявляться.

Обстоятельства сложились иначе.

Третья встреча, произошедшая сегодня, была... Немного забавной. Девушка, видимо, прониклась духом парижского андеграунда и заявилась на заседание приората Люцерна, в чем-то совершенно невообразимом. До Максимилиана доходили слухи о художествах молодых аристократов; в конце концов, он сам был молодым (хотя ТАКОГО перформанса, да еще и в святая святых Люцернского клуба, он бы себе точно не позволил даже в ветреные 15; в 17-18 он уже писал свою первую серьезную работу - мини-диссертацию о праве империи Габсбургов в Новое время). Но Максимилиан быстро понял, что Элиза находится в крайне "растрепанных" чувствах. Смутное желание дать "всем этим жутким старикам и старухам" понять, что родительской пай-девочки они не увидят, смешивалось в ней с отголосками шока от недавней катастрофы и, конечно, с затаенным страхом перед загадочным "Клубом" - полностью отвергнуть навязчивые жутковатые мысли о связи между гибелью родителей и "тайным обществом" в которое они входили, было бы странно.

Швейцар сообщил, что может привести к Габсбургу девушку через пять минут. Максимилиан согласился. Габсбург избрал для встречи приятную мансарду замка - с великолепным видом на озеро Люцерн и Альпы. Он распорядился также подать что-нибудь легкое на ужин - например, устриц в белом вине. Элиза терялась в подозрениях; Элиза тонула в апатии и депрессии; Элиза не знала, куда теперь идти и что делать дальше; Максимилиан собирался говорить с ней, как со взрослой.

Ведь говорить с детьми он всё равно не умел.

- Мадемуазель, прошу вас, - вежливо кивнул Максимилиан, когда за его крестницей закрылась массивная резная дверь. Подавив минутную робость, Элиза приблизилась к столику. Швейцар бесшумно отодвинул ее кресло - и столь же бесшумно удалился, встретив взгляд герцога.
- Итак, - Максимилан вполоборота повернулся к Элизе, допил свое вино и взглянул на лазурное швейцарское небо через богемский хрусталь своего фужера.
- Ваши родители были членами нашего Клуба по праву рождения. Ваша семья состоит в Люцернском Клубе с 1684 года, - Максимилиан, помолчав, пристально взглянул в глаза Элизе. Та сначала пыталась казаться апатичной, но в действительности ловила каждое слово. - Вы здесь по той же причине.

Габсбург извлек из внутреннего кармана пиджака брегет. Он показывал ровно половину восьмого.
- Традиция, - произнес он негромко, но его слова были слышны в каждом уголке мансарды: таковы особенности архитектуры замка. - Эти часы мне подарил ваш отец. В тот день я сделал ему аналогичный подарок - такова традиция. Эти часы идеально работают уже 19 лет. Они старше вас, мадемуазель. Семья человека, который их изготовил, занимается часами 270 лет. Этот замок поставил мой - да и ваш - очень дальний родственник. Он носил латы и тяжелый рыцарский меч. Я ношу костюм и брегет. Вы носите синюю челку и футболку, отсылающую к полотнам Кандинского. Но вы, я и он - субъекты одного процесса, одного луча, пронизывающего мировую историю на протяжении многих столетий. Ваше будущее - в ваших руках, но оно важно для всех нас и будет важно для тех, кто нас сменит в этих стенах.

Элиза молча смотрела на Максимилиана, поджав губки. Ее взгляд все-таки выражал некоторую заинтересованность.

- Однако существуют люди, для которых Порядок и Традиция - пустые звуки. Они мыслят категориями хаоса. Они являются нашей полной противоположностью. И они с радостью уничтожат нас, как только мы предоставим им такую возможность - неосторожностью или доверчивостью, откровенностью или издишней подозрительностью... Многие древние верили, что ими правят божественные фигуры. Но мы люди из плоти и крови. Несмотря на на что, нас возможно убить, - Максимилиан наполнил фужеры легким вином.

- За достойную чету Анри. За наших искренних брата и сестру, за ваших добродетельных родителей, - герцог поднял фужер.
(Сообщение было отредактировано: от Executor - Понедельник, 04.01.2016, 10:25)
Элек3х написал в 15:32, 04.01.2016 #3
Субмодератор
Мансарда, куда её привёл швейцар, выходила на озеро. Его поверхность золотили заходящие лучи солнца. Она на секунду залюбовалась открывшимся видом. На пару моментов всё отступило: этот огромный замок, собрание загадочного клуба, минута молчания, смерть родителей и неопределённость дальнейшей жизни. Ей внезапно подумалось, что за сотни лет до  смерти родителей и через сотню лет после, кто-то будет стоять в этом зале, любоваться открывшимся видом, который не изменится за века, и чувствовать то же острое чувство красоты, что сейчас испытывает она.
Элиза внимательно выслушала речь Максимилиана (примерно о той же преемственности) и автоматически подняла бокал.
Итак, Люцернский клуб. Древняя организация, в которую она входит только потому что членами этой организации были её родители.
Она сделала глоток.
Вдох-выдох, успокоить поднимающуюся волну грусти при мысли о родителях, сформулировать правильные вопросы.
В чём цель организации? Сохранять мировой порядок?
Кто противопоставить им? Это те, кто убили родителей?
Какое её место во всём этом? Что теперь грозит ей, когда она знает об этом Клубе?
И, напротив, приведёт ли это к чему-то полезному для неё?
Она решила начать с самого важного. Прокрутила в голове сцену смерти отца: она тушит огонь, кладёт руки ему на грудь, просит Господа, чтобы ему стало легче... И он прощается с ней. Он говорит ей спасибо – а она не успевает сказать ему как благодарна за всё. За свою жизнь. Чья это вина? Из-за кого родители умерли так... Так бессмысленно, несчастливо?
Она, наконец, решилась, и подняла глаза. Элиз успела заметить, как Максимилиан прячет озадаченность, но не обратила на это внимание.
Кто – эта полная противоположность? Кто пытается убить нас... Членов Люцернского клуба? Кто виноват в смерти моих родителей?
(Сообщение было отредактировано: от Элек3х - Понедельник, 04.01.2016, 16:47)
Feel the frostbite!
Exceed all hope of coming back alive!
Executor написал в 12:07, 05.01.2016 #4
Субмодератор
– Кто – эта полная противоположность? Кто пытается убить нас... Членов Люцернского клуба? Кто виноват в смерти моих родителей? - Элиза явно начала нервничать, когда от медитативной лекции о традициях и преемственности Габсбург перешел к острой теме гибели четы Анри.
- Если вы жаждете подробностей, я в кратчайшие перешлю вам подробное описание по защищенному каналу, - успокоил Максимилиан. - Как минимум трое важных террористов, имеющих непосредственное отношение к данному преступлению в настоящий момент пойманы, допрошены и ликвидированы. Расследование продолжается, и бесспорны два факта, - герцог задумчиво взглянул на устрицу, поднеся вилку к лицу.
- Первое: за покушением стоит синдикат "Зардуш-Такан", и известные нам подробности, а также рекомеднации о мерах предосторожности - для вас, я перешлю вам по защищенному каналу, как я уже сказал.
С полминуты Максимилиан молчал, вкушая устрицу.
- Второе. Я рекомендую вам покинуть Францию в ближайшее время. Вы вряд ли в курсе, но месяц назад нашими людьми из спецслужб Соединенного Королевства было предотвращено покушение на сестру вашего отца. В Лондоне.
Элиза нервно сглотнула. На ее семью открыта охота? Этот "Зардуш-Такан" ненавидит именно Анри больше других? Или все аристократы сталкиваются с такой опасностью? Девушка на миг зажмурилась, пытаясь упорядочить ворох свалившихся на нее знаний.
- Многие знания - многие печали, - пристально взглянув на Элизу, Максимилиан Габсбург процитировал "Притчи Соломона" - будто догадавшись о ходе ее мыслей.
- Но, как мне кажется, к знаниям вы скорее тянетесь. Всё может сложиться для вас замечательно. В данный момент "Люцернский клуб" бросил множество ресурсов на защиту вашей семьи - и, в том числе, на вашу защиту. Многое о причинах внимания террористов к вашей семье мы выяснили, многое - еще предстоит выяснить. Однако в ближайшее время вам стоит отдалиться от Западной Европы и от Франции в частности, - Максимилиан встал из-за стола и вернулся на балкон. Солнце почти скрылось, розовые облака окрасились бордовым, а лазурное небо - сизым. Герцог щелкнул портсигаром.
- Какое место вдали от Западной Европы вам нравится, мадемуазель Анри?
(Сообщение было отредактировано: от Executor - Вторник, 05.01.2016, 21:12)
Элек3х написал в 15:38, 06.01.2016 #5
Субмодератор
Откровенно говоря, Элизе стало несколько мутно от открывшихся подробностей. Террористическая организация? За ней охотятся? Какие ещё новости откроются? Ещё летом она была обычной капризной аристократкой, которую заботили только учёба и развлечения. Теперь она сирота, член Люцернского клуба, о котором она толком ничего не знает, и цель террористической организации. "Прекрасно, Элиза! — подумала она саркастически. — Ты как раз жаловалась, что тебе не хватает приключений". Элиз зажмурилась, приводя мысли в порядок, убирая всякие мещающиеся эмоции.
Многие знания - многие печали, — сказал Максимилиан, не сводя взгляда с Элизы, и она поморщилась на эту банальность, какой бы подходящей она ни была. Он думает, что понимает, как она себя чувствует. Она прокрутила сцену смерти отца в голове ещё раз. Разве он знает, как это...
Она одёрнула себя. В конце концов, может быть, и знает... Она снова постаралась сосредоточиться на том, что говорил герцог.
— Вдали от Европы? Если... мне опасно быть тут, не более опасно ли мне будет находиться в другом регионе? Ведь здест вы можете защитить меня, а там... Постойте, постойте, — она встала с кресла. Мысли кружились в голове, и она уже не могла упорядочить их. Кусок в горло всё равно не лез и подошла к окну за Максимилиану. — Пожалуйста, расскажите мне, чем занимается Люцернский клуб. Родителей убили просто за принадлежность к этой организации? Если так, охота открыта на всех членов клуба или именно на мою семью?
Перед её взглядом снова возник умирающий отец.
Господи, во что она попала... по праву рождения.
Не спрашивая разрешения, она вытянула сигарету из портсигара герцога и наклонилась к зажигалке.
В конце концов, с последней сигареты прошла уже пара недель.
(Сообщение было отредактировано: от Элек3х - Среда, 06.01.2016, 15:38)
Feel the frostbite!
Exceed all hope of coming back alive!
Executor написал в 21:06, 15.01.2016 #6
Субмодератор
— Вдали от Европы? Если... мне опасно быть тут, не более опасно ли мне будет находиться в другом регионе? Ведь здест вы можете защитить меня, а там... Постойте, постойте... Пожалуйста, расскажите мне, чем занимается Люцернский клуб. Родителей убили просто за принадлежность к этой организации? Если так, охота открыта на всех членов клуба или именно на мою семью?
Максимилиан вздохнул. Ему - с его колокольни сорокалетнего приора Клуба - казалось, что на эти вопросы он уже дал подробнейший ответ. Чем занимается Люцернский клуб? А разве не ясно из его слов, что эта фракция создана исключительно ради служения интересам аристократии? Родители... Охота...
Герцог достал вторую сигарету за вечер.
- Да нет, мадемуазель, никакой охоты. Есть, если хотите, невидимая война. Люцернский клуб существует с одной целью: не проиграть ее. Если вам кажется, что дело в происхожении - хм, в каком-то смысле даже попрошайки с вокзала Сен-Лазар находятся на войне. На войне с полицией, войне с бандитами, войне с голодом, который им приходится утолять, выпрашивая мелочь у прохожих. Любой человек является мишенью для преступников; любой полицейский - вдвойне. Любой бизнесмен является мишенью для конкурентов; любой политик - вдвойне. В случае же с вами - вокруг вас существует невидимая защитная сфера, пробить которую можно, только обладая редкой квалификацией и еще более редкими разногласиями с мирозданием. Вы в несравнимо большей безопасности, чем 99,99% населения планеты.
Герцог помолчал с полминуты, дав девушке подумать над сказанным.
- Вы напрасно думаете, что чем ближе в Люцерну, тем безопаснее. Это верно, но не в вашем случае. Ваши родители пали от рук людей, которые находятся в конфликте со всем нынешним миропорядком, если хотите, - Габсбург продолжал игнорировать тот факт, что перед ним тинейджер, ибо в противном случае он рисковал начать говорить с ней "на разных языках" и потерять всякую нить взаимопонимания. - Поэтому в любом регионе вы будете под двойной, а то и тройной, защитой. А во Франции нам предстоит навести порядок. И желательно, чтобы вас там в этот момент не было, сударыня. Вы меня понимаете?
(Сообщение было отредактировано: от Executor - Пятница, 15.01.2016, 21:06)
Форум » FRPG » Ролевые форума » Breaking Point ((приквел, Максмиллиан Габсбург-Лотаринген, Элиз Анри))
Страница 1 из 11
Поиск: